Форум Службы Внешней Разведки

Главная страница | Каталог статей | Форум | Фотоальбомы | Видео


[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 11
Форум » Airsoft » Обмен опытом » Украинец в Ираке. (Дневник.)
Украинец в Ираке.
BuTaMuHДата: Среда, 20.07.2011, 12:52 | Сообщение # 1
Admin
Группа: УСВР "Заслон"
Сообщений: 1849
Репутация: 32766
Статус: Offline
Украинец в Ираке. Дневник.

Украинцев в Ираке называли «крейзи юкрейниан»: они живли в боевых условиях, ездили на убитых джипах, экономили питьевую воду и делились хлебом с чужими детьми. Около тысячи человек находились там 2 года (2003-2005). 18 погибло.

В Ираке уже управление батальона и командиры рот принимают дела у наших предшественников. Приземляемся на аэродроме близ города Талил. Два "Апача" прикрывают посадку.
За бортом + 17. Прямо на взлетном поле мы получили бронежилеты, каски и оружие - автоматы АК-47 и АКМ иракского производства и по два рожка на брата. С этим оружием мы должны были добраться до главной базы украинской армии в Ираке расположенной в городе Аль-Кут. Там мы его сдали и взамен получили штатное.
Что бросилось в глаза в первые минуты пребывания в Ираке? Как мне тогда показалось – все совсем другое. Почва – в основном песок и глина, на севере каменистая. Другой воздух, гораздо суше и пахнет пылью, другие цвета доминируют - желтый, оранжевый, желто-серый налет имеет даже листва – на все садится всепроникающая пыль, деревья, – в основном финиковые пальмы, а также редкие разлапистые кусты и верблюжья колючка, хотя местами присутствуют сосны или какие-то их разновидности. Дома - одно двухэтажные местами каменные - из необожженного кирпича, тоже желтого цвета, местами глиняные. Нищета, везде полно мусора, вдоль маршрутов колон бегают оборванные дети с воплями "Mister give me pepsi, give me water". Неопределенного возраста женщины в паранджах, лицемерные улыбки или откровенно озлобленные взгляды молодых мужчин, вот первые впечатления по дороге из Талила в Аль-Кут.
И еще запомнились дембеля – солдаты 5 бригады. Я впервые увидел их в аэропорту. Они сидели верхом на БТРах, готовясь сопровождать нашу колонну. Все запыленные, с таким же запыленным оружием в руках, потрепанная выгоревшая форма, загоревшие лица, уверенные с небольшой ехидцей взгляды. Все это выглядело так "по-киношному", что даже не воспринималось как реальность.
Вечер на базе "Дельта" (Аль-Кут) Абсолютный шок от посещения столовой. Меню как в ресторане: мясо, салаты, свежие фрукты, соки, мороженное, пирожные все в ассортименте и всего до отвала – бери не хочу. После тех помоев которыми нас кормили во время подготовки – просто праздник (на питание на одного солдата коалиции выделялось 20 баксов в день) Ни фига себе питается коалиция!!!

На РАО получили оружие. Я получил РПГ-7Н, 1ПН-58, 4 рожка патронов и автомат АКС-74У. Через три недели я сменил его на АКС

Батареи к ночникам умерли еще за царя гороха, новых не выдали, я пытался приспособить запасенные из дому "кроны", но габариты, этих устройств и специфика наших действий предопределила им законное место под койкой в казарме. Мы пользовались американскими ночными очками.

Бронежилет "Корсар М3", несмотря на хорошие защитные свойства (кевлар держит пулю ПМ, в проекции стальных пластин держит бронебойную пулю из СВД), все же слишком тяжел. Когда поверх него одеваешь разгрузку с боезапасом, берешь гранаты, и ВОГи становишься немобильным, каждый раз когда спрыгиваешь с БТРа думаешь как бы ноги не поломать. Быстро упасть, перекатиться, забудьте - покалечитесь. Боезапас 4 рожка явно не достаточен для ведения боевых действий, поэтому каждый стремился разжиться дополнительными магазинами, гранатами и т.д, Причем если младшие офицеры относились к этому с одобрением, то высокое начальство дрючило попавшихся в хвост и гриву, и регулярно устраивало пересчеты боеприпасов стремясь понять сколько же левых патронов находиться у солдат:

На утро выехали на базу "Чарли" в город Аль-Хай, где предстояло нести службу. Задачи – контроль обстановки в городе, демонстрация присутствия, патрули, помощь местной полиции и роте IСDC обеспечение безопасности колонн в нашей зоне ответственности, изъятие незаконного оружия и т.д. Численность личного состава 60 человек.

База в городе Аль-Хай находилась в здании спортивной школы на окраине города и по периметру была огорожена невысоким, где-то в рост человека кирпичным забором. Со всех сторон ее окружали традиционные главным образом двухэтажные здания, с крыш которых просматривалась, и соответственно простреливалась практически вся территория нашей базы. Само здание школы было довольно прочным, но не очень подходящим для обороны, окна находились низко, эффективно простреливать близлежащие улицы и окружавшие нас дома мешал забор.

Более менее эффективный огонь мы могли бы вести с крыши, но она была очень слабо защищена. Всего два пулемета противника на крышах близлежащих зданий с фронта и фланга несомненно сделали бы положение для стрелков на крыше очень тяжелым если не фатальным. В довершение ко всему попасть на крышу можно было через единственную дверь, которая также могла простреливаться противником с фронтальной стороны. Не знаю чем руководствовалось командование пятой бригады, подбирая для базы такое здание в прямо в городе, наверное боевики предложили, что-бы было проще нас атаковать. В общем предстояло многое сделать что-бы там укрепиться.

И все же мы были очень рады что нам не пришлось там воевать. Дольф (ротный) сразу же предпринял шаги по укреплению обороноспособности базы, но у меня сложилось впечатление, что командование не особо стремилось помочь ему в этом, так как даже элементарные просьбы о выделении дополнительной маскировочной сети и колючей проволоки остались не услышанными. Но в ходе нашего двухмесячного пребывания в Аль-Хае мы нарастили каменный бортик по периметру крыши мешками с песком, сложенные наспех из мешков укрытия для постов на крыше сменили добротные бетонные черепахи, обеспечивавшие надежную защиту и широкий сектор обстрела, и укрепили въезд на базу земляными бастионами "Хеско", а вдоль забора понаставили сигнальных мин.

Первые дни в Аль-Хае запомнились самыми яркими впечатлениями: Большое красное солнце, непередаваемые оттенки закатов, пение муэдзина, мечети, местные жители в национальной одежде, финиковые пальмы, арабская речь – все это создавало дух невероятного экзотического приключения, для описания которого я вряд ли когда-либо смогу подобрать нужные слова.
И еще постоянная, беспорядочная стрельба вокруг базы. В первые минуты думаешь что стреляют обязательно в тебя, и ищешь цель что бы залепить очередью в ответ, но за пару дней привыкаешь.

Стрельба в иракских городах – национальное развлечение. Оружие в каждом доме. Арабы стреляют по поводу и без него. Ишак родился - стреляют, трахнул девушку - стреляют, если любимая команда забила гол в футбольном матче – то все небо в трассерах. Не редко с помощью автомата решаются семейные споры и конфликты, и разумеется это первый аргумент в криминальных разборках. Это так к слову об аспектах не касающихся собственно войны, которую ведут партизанские формирования против коалиционных сил и местной полиции и ICDС (Иракский корпус граджанской обороны или национальная гвардия Ирака). Из всех городов в которых довелось в последствии побывать в Аль-Хайе стреляли чаще всего. Я думаю в силу того, мы никак по сути не реагировали на это. В городах патрулировавшихся американцами арабы вели себя гораздо сдержаннее, поскольку на опрометчивую очередь те могли сразу же залепить в ответ из автоматического гранатомета МАРК-19 или пулемета Браунинг М-50 (М-2).

Дни службы понеслись стремительно. Сутки в наряде по охране базы, на следующий конвой день за продуктами на базу Дельта, вечером и утром следующего дня патруль по городу. Каждый выезд воспринимался как новое приключение.

Первый выезд. Ночной патруль

Выдвинулись тремя БТРами верхом на броне. Дембеля показывают город. Автоматная очередь из темного переулка. Стрелять – не стрелять? Не видно ни черта…Проскочили.

…Оружия у местных не меряно В первый же выезд на въезде в город изъяли "Калаш", а спустя несколько минут пистолет "Кольт 1911". И пошло поехало. Что не выезд, то один два изъятых ствола. Беретты, Макаровы, ТТ, Браунинги НР, ну и конечно АК-47 и АКМ иракского производства. Забирали стволы только у тех кто не имел разрешения.

Постепенно начало проявляться истинное отношение командования нашего батальйона и 6-бригады в частности к выполнению поставленных перед украинским контингентом задач. Я бы сказал что им было по-хер. Как объяснить то, что у нас не было установленных образцов документов, таких как разрешение на ношение оружия от коалиционных сил, или те же полицейские удостоверения? Не было у ни ориентировок, ни фотографий особо разыскиваемых террористов…

Типичная ситуация останавливаем машину, находим при обыске автомат, "Силях карт аку?" (Разрешение на оружие есть?) – спрашиваешь водителя, "Аку, Аку" (Есть, есть!..). И тычет тебе какую - то бумажку написанную от руки и с черно-белой ксерокопией печати. Дескать это разрешение и есть.

– Иди ты… с таким разрешением, – автомат в БТР, водителю "Гуд бай" не арестовывать же каждого. Как настоящее разрешение выглядит мы узнали спустя три месяца после того как перебрались в Аль-Кут. В полицейский участок тащили как правило только тех, у кого находили тяжелое вооружение типа РПГ-7, или несколько стволов. Один "Калаш" по меркам Ирака это несерьезно.

Полнейший бардак – 18 век. Полицейская наука и криминалистика на нуле. Мы по привычке думали что нам будут предъявлять ламинированные удостоверения с цветным фото, и печатью, голографической защитой и т.д. Как бы не так. Даже удостоверения полицейских, выданные мэрией Аль-кута это небольшие карточки обычной принтерной бумаги, в чехле из прозрачного пластика. Да и печати такие, словно их на том же принтере отпечатали. Половина таких ксив наверняка фальшивые, что позволяет передвигаться вооруженным бандитам свободно по всей стране. Да и у местной полиции нет возможности проверить задержанных и установить их личность. Поэтому как правило попавшиеся бандиты отделывались потерей личного оружия.

Пристрелка

Оказавшись в Ираке мы получили оружие которым пользовалась до этого пятая бригада. Разумеется его нужно было пристрелять. Но как это не парадоксально, такой первоочередной важности на войне вопрос оставался без внимания. Шли недели, а мы продолжали ездить на выезды с не пристрелянным оружием. Целыми днями вокруг нас стрельба. Каждый день зачитывают развединформацию о нарастающей активности боевиков, о нападениях на коалиционные силы, и от растущих потерях среди солдат коалиции а командование батальона по прежнему ведет себя так, будто мы приехали на курорт. ДАЖЕ У СНАЙПЕРОВ винтовки остались не пристрелянными. Забегая вперед скажу что МЫ И В БОЙ ПОШЛИ С НЕПРИСТРЕЛЯННЫМ ОРУЖИЕМ. Позже я узнал причину этого. Наш комбат не любил и боялся стрельб, поскольку не доверял солдатам. Ему так было спокойнее.

Спустя почти месяц нашего пребывания Дольфу удалось "продавить" пристрелку. Мы взяли все необходимое для этого, начиная от чистых мишеней и кончая мушководом. Но пристрелка под руководством комбата превратилась в цирк: Во первых он нагнал кучу народу, решив видимо за раз покончить с этой неприятной процедурой. Повесить чистые мишени не дал. Выдал нам по 10 патронов, отстреляли мы их в темпе вальса одной серией, после чего подошли к мишеням. Смотрю я на свою – в мишени два десятка неотмеченных дыр какие из них мои остается только догадываться. У остальных примерно та же картина. Какие там серии по четыре выстрела, тщательное и однообразное прицеливание и другие постулаты пристрелки известные каждому сержанту! Какое там определение СТП!

Психанув, я пристрелял свой автомат прямо на базе поставив у забора ящик с водой. А дежурному доложил что стреляли местные. К подобным "фокусам" мы вынуждено прибегали неоднократно.
Зато потом в начале апреля после ставшего знаменитым в ВС Украины боя 6 числа я стал свидетелем следующей ситуации. Выходим мы со столовой после ленча и рядом с нами оказался генерал Собора зам комдива Центр-Юг по какой то причине решивший поговорить с солдатами.

Естественно собралась внушительного размера толпа среди которой было много начальства и наш комбат тут как тут. Смотрит на всех глазами прожигает, что бы никто ничего лишнего не сболтнул. В ходе разговора генерал бросает фразу "Убедитесь что оружие у каждого пристреляно". – И тут же повернувшись к нашему комбату "342-ой, у тебя пристреляно оружие?"
– Так точно товарищ генерал, конечно пристреляно.
У меня аж скулы от бешенства свело. В батальоне от силы два десятка автоматов пристреляно, послал людей в бой с не пристрелянным оружием и хоть трава не расти. Вот в этом вся наша армия.

Забастовка

Тем временем обстановка в стране накалялась. Росло число нападений на коалиционные войска. Итальянцы, поляки, американцы, все периодически вступали в стычки с партизанскими группами. Все чаще приходили сообщения о подрывах на фугасах конвоев и патрулей, и только украинцев, если не считать нескольких мелких инцидентов со стрельбой, война обходила стороной. Но было ясно рано или поздно она коснется и нас.

Первый раз всерьез запахло жаренным 11 марта 2004 года, когда инициированный сторонниками Махди митинг постепенно перерос в гражданские беспорядки. Взбешенная и вооруженная камнями толпа бросилась на штурм мэрии города. Команды нам поступали противоречивые, мы то готовились к выезду на место событий, но поступал "отбой", и мы возвращались назад и сидели в кубриках по полной боевой. Мэр якобы просил помощи но командование в Аль-Куте не давало согласия на наше участие. Напрашивался закономерный вопрос, какого хрена мы вообще тут делаем? Когда наконец пошли слухи что Мэра вот-вот разопнут прямо на балконе мэрии, мы наконец поехали. В десант рядом со мной втиснули переводчика-араба который работал вместе с нами. Эти арабы, многие из которых раньше учились в Советском Союзе, не вызывали особого доверия ни у нас ни у наших командиров. Они жили между двух огней, рискуя тем, что каждую ночь к ним могли наведаться представители армии Махди, и подвесить его и всю его семью за определенные части тела в отместку за сотрудничество с неверными. Я думаю, единственное что могло бы спасти такого переводчика от закономерной и безжалостной мести соплеменников, это то что он мог сливать им разведывательную информацию о нашей деятельности. Благо с базы они не вылезали, часто ездили с нами на выезды, и знали наши порядки досконально.

На подъезде к мэрии, я проклинал командование загнавшее нас внутрь машин вместо того, что бы спешиться и продвигаться под их прикрытием. Воображение рисовало результаты гранатометного залпа по БТРу и крики сгорающих заживо людей в переполненном десантном отсеке. Через плечо Кота (водилы) видна улица полная дыма, впереди горят покрышки, слышны крики бушующей толпы, и вообще хаос и ничего не понять. Ощущения сильнейшие, азарт, манждаж, и палец чешется на крючке.

Переводчик рядом трясется, и причитает:
Вы только не стреляйте, только не стреляйте! – Чем только подливает масла огонь.
Ну выйди тогда успокой своих!
Да вы что меня ж там убьют!!!
Ну тогда заткнись и не мешай.

Мы не доехали метров семьдесят когда оглушительные удары по броне заставили нас сжаться, но это были не пули. Из-за забора стоявшей неподалеку школы на машины обрушился град камней. Тут же началась стрельба. Слышу как начали стрелять "филины", Парамон, наш пулеметчик РПК, матерясь на Виталика мешающего ему, пытается залезть внутрь БТРа а места нихрена нету, мы набились в десант полным составом, по четыре человека с каждого борта. Сквозь бойницу вижу как мимо проезжает БТР Дольфа (ротного), и лупит в воздух со всех стволов. Оглушительно грохочет КПВТ, и местные вроде немного разбежались. Впрочем ненадолго.

Увидев что мы не собираемся вести огонь на поражение, толпа начала собираться вновь. (В этой ситуации нам не помешали бы нелетальные боеприпасы, слезоточивый газ, и пара пожарных машин).Правда камнями в нас никто больше не бросал. Несколько минут мы маневрировали по улице, потом откатились подальше, один БТР, запутался в колючке, короче полный пиз-ц. До сих пор не пойму, почему местные не пожгли тогда всю нашу роту. Но несмотря на это наше присутствие заставило их вести себя немного поскромнее. Через полчаса после того как бунт фактически закончился и стороны похоже уселись за стол переговоров, словно издевка наконец поступило разрешение из штаба в Аль-Куте. "Сделать несколько предупредительных выстрелов из КПВТ". А еще через два часа, когда мы уже устали торчать на этой улице, всем уже стало ясно что на сегодня "война" закончилась и пора по домам, комбат пригнал нам на помощь из Аль-Кута остатки батальона и приданную командованием бригады разведроту. А гнида мэр, уцелевший лишь благодаря решительным действиям ротного, потом кстати поехал жаловаться на нас в Аль-Кут командованию бригады, заявив что нас никто не звал, мы приперлись сами и устроили там никому не нужную пальбу.

Неудачная погоня

"Стадо баранов во главе со львом - львы, а стадо львов во главе с бараном – бараны!". – Римская пословица

Спустя несколько дней. Опять ночной патруль. Расселись по БТРам, я "филин" справа, Парамон слева. Подходит командир взвода:
— Планы меняются. От местной полиции поступил сигнал, что за мостом в районе кирпичного завода группа вооруженных автоматическим оружием людей грабит проезжающие мимо автомобили. Едем на место их ловить.

Отлично. Выехали на трассу и вперед. Кот жмет на газ так, что корпус БТРа вибрирует, ветром норовит сорвать каску вместе с головой, на голове американский ночник смотрю как мелькает в его зеленом свете пустынный пейзаж. Филином слева ехал Парамон. На подъезде к заводу видим справа-впереди горящие стопы остановившихся автомобилей. Не доезжая несколько сот метров мы погасили фары, спешились и спрятавшись за БТРом начали продвигаться вперед. Заметив нас от стоящих автомобилей отделилось несколько человек в форме местной полиции, и пошли к нам. С их слов и оживленной жестикуляции мы поняли что бандиты уехали в направлении Аль-Кута на белом автомобиле. Мы прыгнули в БТРы и бросились в погоню.

Едем, едем на трассе никого, даже встречные машины не попадаются. Отъехали довольно приличное расстояние от Аль-Хая, уже и Аль-Кут недалеко так и никого не встретили. С левой стороны какие-то то-ли поля то-ли огороды и в ночник видна небольшая деревенька домов эдак в десять. За бесперспективностью дальнейшее преследование решили прекратить, а что бы не возвращаться с пустыми руками решили поставить чек-пойнт и стопорнуть пару машин, авось какой-то ствол повезет изъять. Спустя минуту останавливаем микроавтобус Ветал занялся шмоном я стою сзади-сбоку страхую, с левого борта Парамон наблюдает в ночник деревеньку. Прямо в поле, со стороны Парамона вспыхивает перестрелка. Четко видно языки пламени вырывающиеся со стволов автоматов. Стреляли со стоявшей в поле машины светлого цвета, с двух или трех стволов в сторону деревни, откуда тоже огрызались очередями. При первом же выстреле я буквально "телепортировался" за броню и высунув ствол взял на прицел то место где вспыхивали огоньки выстрелов. Через секунду ко мне присоединился Ветал и Саня Коновалов. Увидев наши действия взводный сразу заорал "Не стрелять!". Это вообще была его самая любимая команда которую нам доводилось слышать от него в экстремальной ситуации. Чуть замешкался Парамон перебегая на нашу сторону. Пассажиров остановленного нами буса мы отправили восвояси.

Было ясно что те кого мы искали перед нами. Они, видать, сунулись в деревню, а там им дали отпор. Перестрелка продолжалась может минуты две, после чего машина с потушенными фарами двинулась по полевой дороге в сторону трассы. Нас охватил азарт! Вот уж поистине на ловца и зверь бежит! Они должны были выехать на трассу метрах в трехстах впереди нас. Но в голой как стол пустыне мы не могли долго остаться незамеченными, поэтому действовать предстояло решительно.

Мы предложили план:
Подъехать к ним метров на 100-150 пока они нас не видели (личный состав сзади за броней наверх за башню стрелка на случай попытки противника применить гранатомет), ослепить фарой-луной установленной на стволе башенного пулемета, врезать справа-слева парой очередей из КПВТ, что бы не рыпались и вынудить сдаться. В случае оказания сопротивления взвод на двух БТРах с полным вооружением, гранатометами и крупнокалиберными пулеметами просто разрезал бы эту легковушку пополам. Как бы не так!

Наше командование в лице командира взвода и начальника штаба явно не горело желанием ввязываться в стычку даже имея подавляющее превосходство в силе. Поэтому вместо приказа продвигаться вперед начальник штаба бросил фразу ставшую потом анекдотом: "Стоим, стоим, они сами к нам сейчас подъедут!". Произошло то чего и следовало ожидать. Не доезжая метров десять до выезда на трассу они нас заметили и начали разворачиваться. Мы бросились в погоню. Ситуацию осложняло то что наш БТР стоял мордой в другую сторону и нам предстояло еще развернуться. А БТР второго отделения под командованием НШ умудрился проскочить место поворота на полевую дорогу и умчаться по трассе метров на четыреста вперед. Машина бандитов успела отъехать уже метров на двести обратно в поле. В ночник было прекрасно видно как с потушенными фарами на одних габаритах она медленно продвигается вперед.

Видя что и наш БТР чересчур разогнался и вот-вот проскочит поворот я начал орать об этом Коту но тот меня не сразу услышал. Свернув на полевую дорогу мы начали медленно сокращать расстояние. Я видел как машина встала, видимо застряв метрах в трехста впереди. Слева от нас протекал арык, справа чей-то огород. Надо было поднажать, но наш КВ дал команду остановиться.
Дальше, не поедем дороги нет. – в наглую соврал он, не желая продолжать погоню. Взбешенный я слез в люк что бы он не слышал моих матов. Сидящий рядом Саня Коновалов поставил диагноз :
Зассали!

Мы потратили минут десять пока Кот сдавал задним ходом что бы выбраться на трассу. В ночник я прекрасно видел стоявшую в поле машину с потушенными фарами. Наверное бандиты ее бросили и дальше бежали пешком. К печальным размышлениям об исходе этой погони добавлялись невеселые мысли мы о том как мы будем воевать под командованием людей, не способных справиться даже с элементарной боевой ситуацией.

Но наши приключения на этот раз не закончились. У моего товарища Димы Забирова скрутил живот. Он жаловался на боли весь день и на выезд не поехал. Под вечер ему стало хуже, и санинструктор роты заподозрив приступ острого аппендицита связался с базой и вызвал медицинский вертолет. Нам надлежало вернуться и обеспечить для него безопасную площадку. Площадка была прямо на пустыре рядом с базой, то-есть в городе, что означало, что она по определению, безопасной быть не могла. Мы образовали периметр и перекрыли улицы ведущие к пустырю. Через несколько минут словно призрак с погашенными огнями прилетел американский "Черный ястреб". На подходе вертолета мы запустили пару сигнальных ракет, и бросили на место посадки пару сигнальных огней. Как потом оказалось этого делать не следовало американцы летают исключительно с приборами ночного видения, знали где нас искать и прекрасно нас видели и без ракет, наоборот мы на время ослепили их, и они на секунду включили прожектор. Сходу, безо всяких виражей и кругов над площадкой вертушка села, из десантного отсека выскочила группа прикрытия заняв позиции вокруг вертолета. Димона усадили в вертушку и она отбыла пробыв на месте эвакуации не больше минуты. Лихость с которой все это было выполнено в кромешной темноте меня удивила. Это был первый раз когда я наблюдал их вертолетчиков в деле.

А диагноз оказался ложным. Димон просто объелся американской жратвы, и прокатился на халяву.
Неделю спустя когда во время разгона беспорядков на автозаправке местные из толпы подстрелили водилу 3 взвода Валерку Митина по кличке "Бобер" они прилетели снова. Накачанный обезболивающим Валерка шутил когда его грузили в вертушку, на этот раз среди бела дня, в присутствии толпы местного населения. Это были наши первые боевые потери.

Из огня в пламя

К концу марта обстановка в стране сильно обострилась. Все чаще нам запрещали покидать территорию базы, и мы занимали там осадное положение. Потом начались слухи о последующем выводе нашего подразделения из Аль-Хая на основную базу в городе Аль-Кут. Особенно напряженными были последние дни в Аль-Хае. Все наши силы были брошены на охрану базы, вся наша деятельность за ее территорией была свернута. В первых числах апреля пришла информация о крупной атаке боевиков "Армии Махди" на базу то ли испанского, то ли итальянского контингента (точно не помню). И тогда же офицеры приехавшие Аль-Кута, сообщили что атакованные союзники просили помощи у украинского контингента но наше командование отказало. Это были всего лишь слухи, но слышать их было крайне неприятно. Но дальнейшее развитие событий к сожалению показало что это вполне могло быть правдой.

Наш вывод из Аль-Хая был намечен на 5 апреля. Несмотря на обострившуюся обстановку, мы не были этому особенно рады. В Аль-Хае командовал Дольф, он не задрачивал личный состав никому не нужными построениями, проверками, и прочей херней. Была только работа, к которой он относился очень требовательно, в свободное от работы время нас никто не трогал, единственное что приходилось иногда делать дополнительно – это заниматься укреплением обороноспособности базы и повышением живучести БТРов. В Аль-Куте всем правил комбат, что накладывало свой отпечаток на жизнь на базе Дельта. Он обожал различные построения, ежечасные переклички, походы строем, сборы, наклеивание бирок, и прочие прелести наших вооруженных сил, после выполнения которых не остается ни времени не сил на боевую подготовку. Больше всего нас раздражало, что все эти "загоны" процветали на фоне полного отсутствия у него профессиональной подготовки и способности управлять людьми на войне.

Все местные к тому времени уже знали что мы покидаем город. Бойцы роты ICDC спрашивали нас про это практически каждый день. Последнее время мы заступали в наряд по охране базы вместе с ними, стажировали. Постоянное присутствие вооруженный арабов у нас спиной заставляло нервничать. Не было уверенности что во время нападения они не ударят нам в спину. Если бы это произошло наше подразделение было бы уничтожено за считанные минуты. Утром 5 апреля я стоял на посту на Крыше-2.

Часов в семь утра, из машины крутившейся по району мы услышали голос усиленный громкоговорителем. Из потока непрерывной арабской речи можно было разобрать только слово "Юкраниа" что означало украинский. Стало ясно что речь идет о нас. Напротив нас находилось две школы – мужская и женская, и я обратил внимание, школьники не идут в школу в обычное для этого время. Это были явные признаки надвигающейся угрозы. Спустя полчаса после появления машины напротив базы начала собираться толпа, что-то гневно выкрикивающая. В сторону базы полетели первые камни. Зазвенели разбитые стекла. Мы не стреляли. Командование запретило что либо предпринимать. Для поддержки нашего вывода с базы Дельта прибыло подкрепление, во главе с замкомбрига полковником Хмелевым, и несколькими офицерами штабы бригады. Разумеется приехал наш комбат. Но даже прибытие многочисленного подкрепления не остудило рев толпы. Каменный град нарастал. Низкий забор не мог защитить от него. Спустя несколько минут на базе не осталось ни одного целого стекла. На 129-ом БТРе камень повредил прицел пулемета. Загрузив под каменным дождем свои вещи мы начали готовиться к выезду. В толпе были явно видны лидеры руководящие процессом. В конце улицы появились какие-то автобусы, судя по всему собираясь перекрыть нам путь. Вообще этот беспредел показывающий нашу "никчемучность" сильно бил по самолюбию. Проходя мимо группы старших офицеров 6-й бригады я услышал как один полковник сказал: "Сюда бы взвод ОМОНА", но он забыл добавить что таком взводу прежде всего понадобятся офицеры способные отдать команду "Фас!", а там бы мы и без ОМОНа разобрались, толпа то была, главным образом подростки лет четырнадцать. Вместо этого они попытались направить парламентера с коробкой сухпаев, что бы задобрить толпу. Консервные банки арабы презрительно вернули нам вместе с камнями.

Дальше стало еще интересней. Желая видимо блеснуть дисциплиной и порядком в отряде перед вышестоящим начальством комбат объявил построение во дворе базы ВСЕГО личного состава для инструктажа перед маршем. О том что инструктаж можно было провести внутри здания со старшими машин, они даже не додумались. Напомню, что с крыш близлежащих зданий до которых было где 100 где 200 метров весь двор просматривался как на ладони. Выстроили нас прямо как на расстрел. Духи видимо сами не ожидали от нас такой дури, а то бы перестреляли в этом дворике весь батальйон. В общем стоят пацаны под каменным дождем наклонив головы в касках в сторону откуда камни летят и лишь тихо матерятся когда по ним попадают и слушают как полковник Хмелев доводит порядок построения колонны, потом частоты для переговоров, скорость и дистанцию на марше, и т.д., в общем все строго и строго по Уставу. Досталось тогда стоявшим справа, но обошлось без серьезных травм. Когда эта канитель наконец закончилась мы разбежались по машинам. Мы покинули город под улюлюкание арабов, без стрельбы, а духи сняли этот сюжет на видео и показали потом по "Аль-Джазире" под названием "Как украинских миротворцев выгоняют из Аль-Хая".

Продолжение следует.....

Ссылка источник: http://dnevnik.bigmir.net/article/989816



 
SayidДата: Среда, 20.07.2011, 22:35 | Сообщение # 2
Лейтенант
Группа: Бывшие сотрудники
Сообщений: 57
Репутация: 1
Статус: Offline
Я думал такое только у пендостанцев... wink
 
Форум » Airsoft » Обмен опытом » Украинец в Ираке. (Дневник.)
Страница 1 из 11
Поиск: